Земля уходит из-под храма 

Время на прочтение: 13 минут(ы)

После века запустения в старейшей церкви Южного Урала снова идут службы. Но рядом уже работают экскаваторы: на территории обители собираются строить ЖК

Кинотеатр, аптечный склад, больница, морг, коммерческие предприятия разного толка — чего только не вмещал за последнее столетие старейший на Южном Урале монастырский комплекс на улице Сочинской в Уфе. Он давно и почти полностью разрушен, но этой весной местные общественники сообщили о его возрождении. В начале апреля в Александро-Невской церкви состоялось первое богослужение. 

Уфимцы добились возвращения храму исконного статуса. Но это еще не финал истории: теперь предстоит борьба за земли вокруг. На высоком берегу реки Белой, откуда открываются виды на загородный пейзаж, планируют построить жилищный комплекс. 

«Поле зрения» разбиралось в конфликте интересов уфимского бизнеса и РПЦ.

Республика Башкортостан — регион, где большинство верующих относят себя к исламу. Согласно опросу 2012 года (более свежих данных в открытых источниках нет), 58% населения называют себя мусульманами, 17% — православными христианами, 5% — атеистами, остальные — последователями других религий или верований. К началу этого года в Башкирии насчитывалось 1 503 мусульманских организаций, 372 организации Русской православной церкви и несколько общин других конфессий.

«Будто в старый подвал попала»

Двухэтажное здание из кирпича, покрытого бежевой краской, сейчас почти ничем не напоминает православный храм: белые пластиковые рамы, мутные от дорожной пыли и местами закрытые рекламными вывесками стекла. 

Протяженный фасад по «красной линии» улицы Сочинской словно собран из трех частей. Слева и справа над верхним рядом арочных окон выделяются два разных по размеру и оформлению треугольных фронтона. Прохожему на тротуаре нужно задрать голову, чтобы увидеть в их центре кресты, намеченные штукатуркой.

Слева когда-то была Иверская церковь, справа — Александро-Невская. Каждая имела свои врата, это видно по нижнему ряду окон: одно из них слева и три справа встроены в своды больших, заложенных кирпичом арок.

Две постройки соединяет связующий корпус. Вход в здание сейчас расположен в этой центральной части — небольшое открытое крыльцо с навесом и семью боковыми ступенями. На простых перилах, сваренных из металла, новенький баннер: «Храм открыт ежедневно с 8:00 до 18:00».

Двустворчатая входная дверь, как и окна, — из пластика. Если ее открыть, увидишь вовсе не церковь, а мастерскую по ремонту и изготовлению лодок. В разные стороны от нее тянется коридор. «Будто в старый подвал попала», — шепчет себе под нос одна из прихожанок.

Стены внутри обшиты сайдингом, подвесные потолки — в рыжеватых разводах. Справа от входа — лестница на второй этаж. По истертым деревянным ступенькам будто спускается легкий запах ладана.

Возрожденный с благословения Уфимской епархии Александро-Невский храм занимает половину второго этажа. Первое богослужение в нем состоялось накануне Вербного воскресенья, когда православные вспоминают чудо воскрешения Иисусом праведного Лазаря.

В день первой литургии здесь было тесно, люди стояли плечом к плечу, заполняя почти все пространство. По данным епархии, собралось более трехсот человек: «Храм не смог вместить всех участников богослужения, некоторые молились на улице».

Кто-то из прихожан тогда признался, что впервые узнал об исконном значении этого места из новостных публикаций в городских СМИ.

Самый старый монастырь Южного Урала

Краевед Павел Егоров стал первым исследователем истории Благовещенского комплекса. В своих изысканиях он обращался к редким архивным материалам. Результатом стала книга «Благовещенский женский монастырь в Уфе», посвященная 450-летию города.

По сведениям исследователя, ранее на территории размещался Успенский мужской монастырь — первый в Уфе, появившийся в 1590-е годы. 

«Он был первым монастырем не только в Уфимском крае, но во всем южно-уральском регионе <…> Основание Успенского монастыря произошло около (но не позднее) 1592 года, ибо пожалование загородных земель ему (очевидно, перепожалование, подтверждение прежнего пожалования) состоялось при новом царе Борисе Федоровиче Годунове и отложилось в грамоте от 1598 года», — пишет в своем исследовании Егоров. 

В Успенском мужском монастыре было две церкви: Успения Пресвятой Богородицы и Богоявления Господня. Монастырь закрыли в 1764 году в ходе екатерининской секуляризации земель i (секуляризационная реформа Екатерины II — реформа, в ходе которой государство изъяло у монастырей и церкви земельные владения и передало их в казну; многие монастыри после этого закрылись или лишились источников дохода, монахи и священники стали получать содержание от государства) . Принадлежавшие ему имения перешли государству. Позже Успенскую церковь перенесли на другое место, и единственным связующим звеном с монастырским прошлым оставалась Богоявленская церковь, ставшая приходской i (приходская церковь в отличие от, например, монастырского храма или кафедрального собора, обслуживает конкретный приход, то есть местную общину верующих) .

Спустя 70 лет на месте расформированного мужского монастыря основали другой — Благовещенский женский. Обитель открылась в 1838 году. 

Первую каменную церковь на ее территории заложили в начале 1840-х (правда, достроили только в 60-е). Вторую — Александро-Невскую, служившую зимним храмом — возвели в 1850–1852 годах. Третья кирпичная церковь появилась в 1895–1897 годах.Когда каменные церкви начали открывать двери, деревянную Богоявленскую церковь перенесли на соседнее Сергиевское кладбище. Оно существует до сих пор, но храма больше нет — снесли в 1930-х. 

К началу XX века Благовещенский монастырь был полноценным комплексом со своей инфраструктурой, включающей благоустроенный сад и более 20 строений — несколько храмов и хозяйственных помещений, монастырскую школу.

Судя по картам Уфы разных лет, монастырь имел «неправильную форму сложной конфигурации», рассказывает Павел Егоров. Монастырские стены спускались к набережной уступами. В последние годы религиозной жизни на территории комплекса находились амбары, ледники и погреба для хранения продуктов, скотный двор, состоявший из конюшни и коровника, баня и прачечная на два котла. 

Читайте также: Город между куполом и реактором. Как архитекторы, дизайнеры и фотографы меняют Саров — самый закрытый город России

100 лет разрушений

Комплекс почти полностью разрушили в советский период. До наших дней сохранились лишь три здания — собственно, Иверский и Александро-Невский храмы и приютский (жилой) корпус. Также уцелели фундамент игуменского корпуса, часть монастырской стены и старое кладбище, давно лишившееся надгробий.

Монастырь начали разграблять в 1918–1919 годах, а окончательно закрыли к 1930-му. Многие постройки снесли уже в тот период. Здание Александровской надвратной церкви уцелело чудом. «Очевидно, потому, что в ней на некоторое время был устроен кинотеатр», — полагает Егоров.

Еще до окончательного закрытия на территорию монастыря «заселили» детский приют. В 1936 году в отдельные помещения комплекса перевели центральный аптечный склад. Позже рядом разместили больницу и городской морг. Монастырская школа сначала стала общеобразовательной школой № 40, потом ее переделали под поликлинику.

Долгое время Благовещенский комплекс имел фрагментарный охранный статус. В 1992 году он был поставлен на госохрану одной строчкой: «Монастырь Благовещенский». Особенность комплексных памятников в то время не учитывалась, объясняет Егоров, надо было расписывать каждый элемент.

Уже позже объектами культурного наследия стали признавать отдельные строения. Границы территории и режим ее использования оформлялись поэтапно, начиная с 2017 года. В 2020-м правительство Республики Башкортостан утвердило охранную зону комплекса на площади около 21,6 тыс. кв. метров. В границах территории запретили строительные работы и вмешательство в грунт без проведения историко-культурной экспертизы.

Однако еще до этого в 2015–2016 годах уфимская епархия продала часть земли комплекса. 

Читайте также: Купчиха будет бороться. Семья известного тюменского экскурсовода намерена до конца биться за свой родовой дом. Он попал под снос в рамках реновации 

Кости — в овраг

Свою книгу Егоров презентовал в 2024 году в одном из помещений Александро-Невской церкви. Его краеведческий труд привлек внимание Эльзы Маулимшиной — председательницы башкортостанского отделения ВООПИК, координатора движения «Архзащита Уфы», члена Совета по правам человека при главе Башкортостана. Когда через месяц после презентации на монастырскую территорию прибыла тяжелая техника, горожане написали именно Маулимшиной. Она вызвала полицию и добилась прекращения работ. Началась прокурорская проверка. В сентябре 2024 года следком возбудил уголовное дело «по факту халатности» (ч. 1 ст. 293 УК РФ), но результаты — неизвестны. 

При разработке грунта рабочие частично разрушили фундамент игуменского корпуса и вскрыли могилы. По словам общественников, кости из захоронений могли оказаться в соседнем овраге. К слову, Егоров в своей книге называет более 50 имен выдающихся уфимцев, похороненных на монастырском погосте только в период с середины XIX века до установления советской власти. 

Разрушения обошлись девелоперу — ООО «Новый город девелопмент» — всего в 100 тысяч рублей. Такой штраф назначил суд. Как следует из материалов дела, застройщик расчистил территорию с использованием тяжелой техники и вывез строительный мусор, не согласовав это с органом охраны и без обязательной историко-культурной экспертизы.

Землю застройщик приобрел в 2015–2016 годах у уфимской епархии. На участке запланировано строительство высотного ЖК. К началу работ за разрешением на стройку девелопер не обращался — так в мэрии Уфы ответили на запрос журналистов.

Уфимскую епархию до октября 2025-го возглавлял митрополит Никон (Васюков). Спустя год после первого публичного конфликта вокруг монастырской земли он ушел на покой. Формальным поводом стало достижение 75 лет, и в РПЦ этот возраст действительно считается пороговым. Однако «пенсия» не наступает автоматически: решение принимает сам епископ, оно утверждается или отвергается синодом.

Когда к выяснению всех перипетий с землей подключились правоохранительные органы, Управление по госохране объектов культурного наследия Башкортостана заказало госэкспертизу. 

Эксперт Надежда Лебедева заключила: юго-западная часть территории попадает в зону строительства объекта «Жилой комплекс по ул. Сочинской» и будет «неминуемо разрушена в ходе строительных работ». Под «негативным воздействием», по ее оценке, оказались 2366 м² объекта археологического наследия (ОАН) (речь про монастырское кладбище с его культурным слоем). 

Лебедева не исключила саму возможность строительства — при условии археологических раскопок. Однако еще до публикации ее экспертизы, в феврале 2025-го, премьер-министр Башкортостана Андрей Назаров постановил уменьшить охранную зону до 404 квадратов — то есть более чем в 50 раз по сравнению с установленной за пять лет до того.

— Профессионально под объектом археологии, если не определены границы, понимается историческая территория объекта. В нашем случае границы исторические были известны всем, координаты были. Получается, как минимум все эти границы должны быть объектом археологии. Но юридически они не были закреплены. И это порождает вседозволенность застройщиков. Собственник земли в любой момент может прийти и все разрушить, — объяснила в беседе с журналистом «Поля зрения»  Эльза Маулимшина.

Активисты писали коллективные жалобы, обращались к главе региона Радию Хабирову, к упомянутому выше премьер-министру Андрею Назарову. На имя президента России ушли 467 «живых» подписей с просьбой «о принятии необходимых мер в целях решения серьезной проблемы, связанной с застройкой многоэтажными домами территории Уфимского Благовещенского женского монастыря в Уфе».

Но земля — в собственности девелопера и уже вне зоны охраны, обращения общественников не могут стать поводом для изъятия собственности. Застройщик, говоря юридическим языком, является добросовестным приобретателем, он купил участок у бывшего владельца земли, и если сделка была законной (а опровергнуть это могут только правоохранительные органы), то единственный способ сохранить уникальный комплекс — договариваться с собственником участка.

Читайте также: «Может, они просто не любят город?». На примере Екатеринбурга рассказываем, кто спасает наследие города, пока властям не до того

Подарок из прошлого

Уфимская епархия в полноценном возрождении Благовещенского монастырского комплекса, конечно, заинтересована. 

— Это святое место. Важное для всех нас, для всего региона, — прокомментировал в беседе с «Полем зрения» настоятель Александро-Невской церкви, секретарь епархии, иеромонах Даниил (Селеверстов).

В январе 2026 года новый глава Башкортостанской митрополии Филарет принял решение о внутреннем благоустройстве Александро-Невского храма и благословил возобновление регулярных служб. Расторжение договоров с арендаторами заняло время, но обошлось без судов. 

Около месяца помещения переоборудовали под церковь и наполняли утварью. Многое — например, снос внутренних перегородок, разделявших офисы, — сделали сами горожане во время «субботников». Уфимская епархия призывала присоединиться к ним всех желающих — «чтобы навести чистоту и благолепие».

Часть убранства помог приобрести уфимский меценат Артем Шарафутдинов (он же ранее профинансировал два арт-объекта в центре города — Арку искусств и Двор Довлатова). Оформление иконостаса и еще часть затрат взяла на себя Уфимская епархия. Один из самых ценных вкладов сделала обычная жительница Уфы.

— Она пришла к нам где-то в середине марта. Принесла старинную религиозную книгу, когда-то принадлежавшую уфимскому Благовещенскому монастырю. Об этом есть соответствующая запись на страницах самой книги. Реликвия досталась прихожанке от старой женщины, которая уже умерла. Перед смертью та передала книгу с просьбой подарить храму, если он когда-нибудь будет отреставрирован. Конечно, для нас это стало знаковым событием, — рассказала Маулимшина.

В церкви надеются, что первый подарок не останется единственным. Люди спасали от разорения монастырь при его закрытии в 1930 году, книги могут до сих пор у кого-то храниться — просто не все еще знают, что церковь все-таки возрождается.

Есть надежда и на возвращение икон. Общественники и краеведы собираются искать документы о передаче церковного имущества через Национальный архив Башкортостана.  

Также церковь ищет спонсоров. Часть площади она пока решила оставить в аренде, рассказал журналисту «Поля зрения» иеромонах Даниил. В Иверском храме, на восстановление которого денег сейчас нет, все помещения до сих пор сдаются; только одна комната переоборудована в молитвенную. 

— Это необходимо сейчас для содержания здания. Нам нужно платить за электричество, за отопление. Помещения старые, все требует ремонта. Сейчас мы исследуем здания, чтобы вернуть купола, готовим проект реставрации. Но на все нужно время.

В дальнейшем в стенах древней обители планируют возобновить и монашескую жизнь. Епархия не раскрывает планов в деталях, но права на землю вернуть надеется. Вот только скоро это может стать невозможным. В конце апреля застройщик начал «археологические изыскания», и выглядели они весьма странно. «С территории, где кладбище монастырское, некие люди КамАЗами вывозят в неизвестном направлении грунт», — писал телеграм-канал ВООПИК Башкортостана.

«Работы согласованы Башкультнаследием и надзорными органами. На месте имеется паспорт работ. С юридической точки зрения раскопки полностью правомерны», — прокомментировал тогда Александр Потапчук, собственник компании-застройщика. Он уточнил, что техника просто «еще не дошла до культурного слоя».

Краевед Павел Егоров уверен: «историческая совокупность зданий Благовещенского женского монастыря может решительно стать» для Башкортостана тем же, чем, например, для Татарстана являются тщательно отреставрированные храмы Казани, Свияжска, Раифы.

На момент публикации «раскопки» продолжаются, о каких-либо находках строители не сообщали.