Город у цистерны
Июльский паводок затопил Тюмень, а затем принес еще одну проблему: горожане опасаются пить водопроводную воду, готовить на ней и даже нюхать
🔶 Июльский паводок в Тюмени затопил прибрежные районы и ухудшил качество водопроводной воды: жители жалуются на запах химикатов, канализации и тухлой рыбы, а власти одновременно объявляют ЧС и утверждают, что вода соответствует нормам.
🔶 В затопленных районах люди вынужденно уезжают из домов, оставляют имущество и животных, живут в гостиницах, самостоятельно вывозят вещи. Люди не всегда понимают, кто отвечает за защиту территорий и не берутся предсказать, когда вода начнет уходить.
🔶 В СНТ и частном секторе жители говорят об отсутствии своевременного оповещения и помощи. Они сравнивают нынешний паводок с прежними наводнениями и отмечают, что сейчас ответственность между службами и властями выглядит размытой.
🔶 Из-за недоверия к тому, что течет из крана, тюменцы стоят в очередях к автоцистернам, разыскивают по магазинам бутилированную воду, сталкиваются с дефицитом в магазинах и доставке. Для пожилых людей и семей с детьми ежедневный набор воды становится отдельной нагрузкой.
🔶 Некоторые начинают помогать горожанам, давая доступ к собственным скважинам. К таким частным источникам выстраиваются очереди.
🔶 Водный кризис ударил и по бизнесу: общепит вынужден закупать питьевую воду, часть предпринимателей начинает продавать ее горожанам. Новый дефицит накладывается на старые проблемы с налогами, топливом и интернет-блокировками.
🔶 Власти объясняют сложившуюся ситуацию природными факторами, водоканал говорит об усиленной очистке. Горожане не доверяют официальным сообщениям и делятся тревожными догадками о микробах в трубах, которых убьют только морозы.
— А вот я тебе, Джерри, поесть принесла! Только не жадничай, Тому тоже оставь!
Галина Степановна, 70-летняя седая женщина с короткой стрижкой, высыпает из пакета прямо на дорожные плиты куски хлеба и колбасы, рыбьи головы. Джерри, большой серый пес, принюхивается, затем ест. Том, рыжий пес поменьше, терпеливо ждет в стороне, навострив уши.
Джерри — собака Галины, ее эвакуировали вместе с женщиной. А рыжий — ничейный, откуда он — непонятно, но неизменно появляется во время кормежки. Галина Степановна привозит еду собакам два раза в день. Каждая поездка от гостиницы, где она теперь живет, занимает около часа: с животными в отель не пускают. Сколько времени все это продлится, собеседница не берется загадывать. Раньше власти прогнозировали, что вода уйдет 31 июля, но прогноз не сбылся.
Променять собственный дом на номер в отеле пришлось из-за паводка: в начале июля сильные дожди вызвали повышение уровня воды в Туре, к 27 июля он достиг отметки в 872 сантиметра. Затопило прибрежные районы, а кроме того, с полей и болот смыло «органику»: навоз, помет домашней птицы, останки захороненных животных. Это привело к гибели рыбы и ухудшению качества воды. С середины июля горожане начали массово жаловаться на то, что из кранов течет жидкость с запахом химикатов, тухлой рыбы и канализации.
В магазинах резко вырос спрос на бутилированную воду, Роспотребнадзор и «Росводоканал Тюмень» усилили хлорирование, губернатор объявил режим чрезвычайной ситуации, а 30 июля власти организовали бесплатный подвоз воды автоцистернами. При этом они заявили: то, что течет из кранов, соответствует санитарным нормам, и ситуация под контролем. Многие горожане сообщениям властей не верят.
«Поле зрения» побывало в Тюмени и рассказывает, как после большой воды она стала городом у цистерны.
«Такой жести не было»
Дом Галины Степановны находится в частном секторе, на улице Томской. Эту часть города затопило полностью. Уровень не запредельно высокий, многие здания затоплены ниже окон первого этажа, но все жители эвакуированы.
— Я всю ночь просидела на крыльце в обнимку с собакой, пока нас в шесть утра спасатели МЧС не забрали. Взять с собой ничего из вещей не получилось, места в лодке не было. Все мое имущество — то, что на мне надето, — рассказывает женщина.
Галину Степановну и других жителей Томской расселили в номерах гостиницы «Березка», по несколько человек в комнате. Питание бесплатное, питьевую воду привозят.
— Пока так живу. Когда смогу вернуться домой — даже не предполагаю, ничего не загадываю. Вода, говорят власти, долго не уйдет.
Улица Томская — часть микрорайона ДОК на берегу Туры. Раньше здесь был деревообрабатывающий комбинат «Красный Октябрь», теперь территория застроена жилищными комплексами. Новенькие высотки — на возвышении, частный сектор — в низине. Части микрорайона разделяет склон, по которому проходит выложенная бетонными плитами дорога. По ней прогуливаются люди из ЖК, с любопытством поглядывая на затопленные участки. За ними из надувной резиновой лодки с мотором наблюдают двое полицейских. Их задача — пресекать мародерство.
— Через полчаса за просмотр будем брать плату, — предупреждает гуляющих молодой полицейский. Потом улыбается, показывая, что шутит.
Никита, 60-летний мужчина с ежиком седых волос, стоит у самого края затопленного участка, глубоко засунув руки в карманы джинсов. Он покачивает головой, словно не веря своим глазам.
— Я в молодости тут жил. Помню еще наводнение 1979 года, — рассказывает Никита. — Но тогда такой жести не было.
В мае 1979 года Тюмень затопило из-за аномального весеннего паводка. Дамба не выдержала потока, и шесть дней ДОК был скрыт водой, после чего и получил свое народное прозвище — «Тайвань». Тогда, вспоминает Никита, на восстановление и строительство дамб «выходили все: военные, рабочие, просто местные жители».
— Сами все делали, никто разрешения не спрашивал, никого упрашивать не надо было, — рассказывает мужчина и снова качает головой. — А сейчас? Кто за что отвечает, кто что должен — непонятно… Все друг на друга кивают, депутаты пиарятся, а проблемы никуда не деваются.
На укреплении существующих дамб и правда были замечены местные политики и и чиновники: депутаты разных уровней от «Единой России» и КПРФ, спикер гордумы Светлана Иванова, замдиректора комитета по делам национальностей Роман Малыгин.
С центральными районами Тюмени ДОК соединяет одна улица — Коммунистическая. От разлившейся Туры дорогу отделяет дамба, построенная в 1961 году. На ней трудится с десяток молодых людей в одинаковой одежде без надписей: темно-синие футболки, синие шорты и бейсболки. Они насыпают песок в мешки, чтобы укрепить насыпь. Сверху за работами наблюдает мужчина в камуфляжной форме — полковник, судя по звездочкам на погонах. Как только он замечает, что мы задаем вопросы молодым людям, тут же сбегает вниз.
— Не надо с ними разговаривать! — кричит полковник и закрывает ладонью объектив камеры. — Запрещено снимать!
«А у нас не ЧС разве?»
— Посмотрите, какая дрянь! Настоящая отрава. Такую воду непонятно как дезинфицировать. Там, наверное, все бактерии, какие на свете есть, — комментирует Григорий Богданович, мужчина лет шестидесяти, председатель СНТ «Лесное».
СНТ находится в 12 километрах от Тюмени. По словам мужчины, здесь оказались затоплены 80% домов. Некоторые — по окна, другие — до самой крыши. Лесная, главная улица товарищества, почти полностью скрыта под толщей мутной коричневой воды. На сухом участке — с десяток автомобилей: говорят, спасти успели все машины, вода прибывала не очень быстро.
— Когда уйдет вода, я без понятия, — говорит Богданович. — То власти объявили, что пик паводка — 20 июля, после — 3 августа. Ни хрена, короче, они не знают. Вода как стояла, так и стоит.
По словам местных, никаких оповещений от властей люди не получили. Эвакуировались самостоятельно. Даже спустя неделю все опрошенные нами жители СНТ, часть из которых обитает здесь постоянно, не видели в поселке представителей МЧС или других специальных служб.
— Нас уже топило в 2016 году, мы к такому, по идее, были готовы, — говорит Филипп, один из владельцев дачного участка в СНТ. — Но тогда была весна, большая вода в это время — обычное явление. А сейчас конец лета, какого хрена происходит?
Учитывая опыт прошлых лет, Филипп построил дачу на высоком фундаменте, но это не помогло. Сейчас его участок выглядит как глубокий грязно-коричневый пруд. В нем, по грудь в воде, в резиновых забродниках, пробирается к берегу отец Филиппа Александр. Мешки со спасенными вещами он несет, подняв над водой.
На берегу вещи принимает его жена Татьяна. Указательный палец ее левой руки перевязан бинтом.
— Собака укусила, когда я ее от воды спасала, — поясняет женщина. — Хозяева, наши соседи, привязали ее к дереву, когда эвакуировались. Думали, вода до того места не дойдет. Но они ошиблись, она поднялась выше. Когда я собаку отвязывала, та и психанула.
Татьяне поставили прививку от столбняка, из-за этого несколько недель она не может прививаться от гепатита А. Вакцинация, как сообщили власти, необходима «всем, кто так или иначе взаимодействовал с водой во время паводка».
Качество воды беспокоит семью Филиппа. Он сопровождает нас до дамбы, проходящей за его домом, и показывает: в мутной жиже у берега плавает мертвая рыба. Над нашими головами жужжат пчелы: рядом на тропинке сложены ульи, которые сосед Филиппа успел спасти со своего участка.
— Что будет с нашим СНТ, я без понятия. Власти нами не интересуются, компенсаций мы не ждем, — говорит мужчина, глядя на грязную воду. — В Тюмени объявили режим ЧС, в «Лесном» нет. А у нас не ЧС разве?
«Приходится по две очереди отстоять»
По описаниям горожан в соцсетях, из кранов у них теперь течет желтая или коричневая жидкость, которая пахнет химикатами, фекалиями и тухлой рыбой.
— Я уже два раза к водовозам ходила сегодня: в десять утра в другой район, сейчас к двум — сюда, — говорит Оксана Леонидовна, 80-летняя женщина с седыми кудрями. — За раз только две бутылки пятилитровых могу унести, вот и приходится несколько раз бегать.
— Сначала невозможно было не то что пить эту воду — даже мыться или мыть посуду, — говорит Александр, молодой человек, ожидающий приезда цистерны вместе с Оксаной Леонидовной. — Потом как-то принюхался и даже мыться стал. Но пить или готовить [на этой воде], конечно, все еще невозможно.
Водовозы начали ездить по Тюмени 30 июля. В первый день не всегда добирались по адресам, расписание часто менялось. На улице Фармана Салманова очередь достигла почти ста человек, люди прождали около трех часов, но машина так и не приехала. Позже выяснилось, что она сломалась. С 31 июля количество точек развоза увеличилось, цистерны стали приходить по расписанию.
— Я вчера восемь магазинов обошел, сегодня три — нигде нет пятилитровых бутылок, — рассказывает Александр. — Власти говорят: набирайте воду в водоматах. Ага, там качество такое же, как в домах! Пытался доставку заказать, там все расписано на неделю вперед. Так что приходится каждый день по две очереди отстоять: одну — за бензином, другую — за водой.
Во двор заезжает серебристая автоцистерна. С десяток людей с канистрами, пяти- и двадцатилитровыми бутылками устремляются к ней. Большой очереди не возникает: у цистерны установлены сразу четыре крана, это недавнее новшество. Водитель, покуривая, добродушно смотрит на жителей.
— Это мой первый рейс, я раньше на водовозе не работал, на грузовике ездил. А сегодня мне сказали: вези воду к 14:00, по такому-то адресу, — говорит мужчина. — Водителей не хватает, машин тоже. Иногда цистерны с водой просто в кузов КАМАЗа ставят и так везут.
Следующая наша точка — ДК «Строитель» на улице Республики. Сюда цистерна приезжает к 18:00. Одна из местных жительниц, только что начавшая набирать пятилитровую бутыль, с сомнением смотрит на воду и осторожно нюхает горлышко.
— Какая-то мутноватая, вам не кажется? — спрашивает она водителя. — Вы откуда ее привезли?
— С водозабора, — отвечает он как будто неохотно и отворачивается. Женщина молча завинчивает крышки и уходит.
Кристина пришла к цистерне с шестилетним сыном Богданом. Радуется, что хоть в детсаду воду пропускают через «мощные фильтры». В руках у нее две пятилитровки и одна двадцатилитровая бутыль. Сын приехал на самокате. Когда бутылки наполнены, мальчик отдает свое транспортное средство матери. Она с трудом устанавливает бутыль на деку самоката, пятилитровки вешает на ручки.
— Мне километр обратно идти, — объясняет она и почему-то смущается.
«Только зимой это закончится»
Пятилитровки разбирают примерно за час, говорит Иван, работник зала магазина «Магнит» в микрорайоне Тюменская Слобода. Сейчас металлическая корзина с прикрепленным ценником «Вода питьевая» стоит между рядов пустая. Такую же картину можно увидеть и в других продуктовых магазинах района.
— Люди стали покупать упаковки полторашек, — делится собеседник. — Это еще не приобрело массовый характер, но скоро, мне кажется, и полторашек не станет.
В соседнем с «Магнитом» доме расположен магазин «Акватель». Он продает питьевую воду, бутыли, кулеры, фильтры. На закрытых дверях объявление: «Уважаемые покупатели! Из-за высокого спроса вода в магазине закончилась».
Через дорогу, напротив — два заведения общепита, «Шаверма» и Pizza Day. В витрине видны большие бирюзовые бутыли, расставленные на стойке. Ими же заняты все лавки у столов, на которых обычно сидят посетители. Перед входом — штендер с надписью мелом: «Вода 19 литров. 350 рублей».
— Весь общепит Тюмени столкнулся с проблемой нехватки чистой воды, — рассказывает Павел, владелец заведений. — Выкручиваются по-разному. Не буду говорить где, но я тут купил морс, снял крышку со стаканчика и почувствовал знакомый запах [нынешней] водопроводной воды. У нас все по-честному. Мы питьевую заказываем.
Три недели назад Павел решил оптимизировать бизнес и перевел «Шаверму» в помещение, где располагалось кафе Pizza Day. Образовалось свободное пространство. Когда начались проблемы, предприниматель стал заказывать больше воды, чем ему требовалось, а излишек — продавать.
— Высокой наценки я не делаю, денег особо не заработаю. Просто даю людям еще один вариант, где можно приобрести воду, — объясняет Павел. — К рискам я привык, общепит — всегда рисковое дело. Но сейчас не кризис, а прям жопа. То налоги поднимают, то бензина нет. Теперь вот — воды.
Предприниматель не строит далеко идущих планов, живет одним днем. Быстрого разрешения ситуации с паводком он тоже не ждет.
— Мне знакомый поставщик воды — а он все-таки разбирается в своем деле — объяснял так: вода «больна», в ней завелась куча микробов, и чтобы все погибли, надо, чтобы вода промерзла. То есть только зимой это закончится, — пересказывает Павел версию приятеля и тут же сам сомневается в своих словах: — Но не факт, что весной все не начнется по новой, ведь эти микробы могут осесть на стенках водопроводных труб, а с приходом тепла оттаять?
Такая бытовая «экспертиза» возникает на фоне противоречивых сообщений властей и недоверия к официальной информации. В объяснении Павла правда перемешана с тревожными догадками: паводок действительно может принести в воду микроорганизмы, а в трубах могут образовываться биопленки. Но ждать, пока «все промерзнет», бессмысленно: замерзание не обеззараживает воду надежно, многие микроорганизмы при холоде лишь становятся менее активными. Проблему решают не морозы, а очистка, хлорирование и промывка сетей.
«Я девять дней тут безвылазно торчала»
На столбе при въезде в коттеджный поселок Комарово прикреплен самодельный знак. Скотчем на него наклеена бумага с надписью «Воды нет». Ниже пояснение: «Выдача воды по адресу: проезд 4-й Земской д. 16 закончена» — и обозначены альтернативные адреса.
На 4-м Земском проезде живет Ольга Панькова, ставшая местной знаменитостью: из собственной скважины она вывела за ограду шланг, чтобы люди могли приезжать в любое время и набирать воду.
Сейчас у дома тюменки припаркованы несколько легковых автомобилей и «ГАЗель», в машину грузят пятилитровые бутылки. На газоне возле коттеджа большой кучей свалена пластиковая тара. У въезда — раскладной стул с объявлением, дублирующим самодельный знак на повороте. Рядом — юноша в футболке с надписью «Молодая Гвардия».
— Мы сейчас воду наливаем только волонтерам, которые осуществляют доставку для пенсионеров и маломобильных граждан, — поясняет Михаил, представитель молодежного движения. — Списки нам предоставляет администрация, так что у нас все четко, под контролем.
Из дома выходит сама Ольга Панькова. Она сразу просит перейти в тень, вид у нее уставший.
— Я в Инстаграме увидела все эти ролики, где жители жаловались на воду: цвет коричневый, пахнет говном, — вспоминает Ольга. — Говорю мужу: давай шланг на улицу выставим, пусть из нашей скважины воду набирает кто хочет.
За первый день ролик Ольги собрал почти миллион просмотров и больше 40 тысяч лайков.
Поначалу воду она подавала круглые сутки. Машины выстраивались по всей длине улицы. На следующий день Ольга, чтобы снизить ажиотаж, ограничила подачу воды — она велась с восьми утра до десяти вечера. Поток людей при этом не ослабевал. Тюменке приходилось целыми днями заниматься регулировкой очереди, к этому она привлекла также своих детей и волонтеров, которые находились здесь же — среди людей, приехавших к импровизированному источнику.
Затем вместо одного крана супруги Паньковы вывели четыре: этот лайфхак, говорит Ольга, администрация потом переняла именно у нее.
— Надо было идею запатентовать, — шутит женщина.
Из-за очередей возле дома у Паньковой начались проблемы с соседями. Те жаловались на постоянный шум и на то, что автомобили закрывают проезды. Стали грозить судом и прокуратурой.
— Я разругалась со всеми и вышла из домового чата, напоследок написав: «У вас чат говном воняет», — говорит Ольга.
Подачу воды всем желающим она все же прекратила. Еще и потому, что напор стал слишком слаб: самой хозяйке дома стало сложно мыть посуду и принимать душ.
— В общем, разрешаем сейчас только волонтерам, — подытоживает Ольга. — Мою идею подхватили еще несколько жителей поселка, пока у них вроде не было конфликта с соседями. Сама хочу поскорее уехать в отпуск. Заслужила. Я девять дней тут безвылазно торчала.
«Пусть губернатор воды из-под крана выпьет»
Губернатор Тюменской области Александр Моор назвал проблему «уникальным природным явлением»: ливни привели к сильному половодью, с полей и лугов смыло «большое количество органических соединений» — так много, что Тура «не справляется с естественным процессом самоочищения».
Нижнеобское территориальное управление Росрыболовства 23 июля обнародовало итоги анализа воды, взятой из Туры 15 июля: солевой состав в пределах нормы, а цветность и запах объясняются «совокупностью антропогенной органической нагрузки и природных факторов». Признаков токсикологического отравления не обнаружено.
«Росводоканал Тюмень» заявил, что работает в штатном режиме. Здесь сообщают, что дозу порошкового активированного угля, который добавляют в воду, увеличили в 15 раз, также скорректировали дозы реагентов, усилили лабораторный контроль. Исследования проводятся ежедневно, вода, утверждают в учреждении, соответствует гигиеническим нормативам «по всем показателям, включая микробиологические, вирусологические и паразитологические».
Тем не менее, 24 июля Следственный комитет возбудил уголовное дело по статье 238 УК РФ — «оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности».
— Пусть лучше губернатор из-под крана воды нальет и при всех выпьет! А не говорит нам, что это не говно из размытых скотомогильников, и все у них под контролем, — комментирует Александр, с которым мы беседовали у цистерны на улице Протозанова.
Оксана Леонидовна из той же очереди аккуратно ставит набранные пятилитровки в целлофановые пакеты, затем достает из кармана две гигиенические прокладки, срывает с них защитную пленку и обматывает вокруг ручек пакетов.
— А то руки режет, — поясняет пожилая тюменка и медленно удаляется.
Тюменцы создали чат по поиску чистой воды в городе. Также они разместили в сети петицию, где требуют признать ситуацию чрезвычайной, перестать скрывать масштаб проблемы и взять на себя ответственность за «стратегическое и безопасное решение» водной проблемы. На момент подготовки публикации ее подписали почти десять тысяч человек.
