Сезон розового снега
Догхантеры отравляют собак, объясняя это заботой о безопасности людей. Ни общество, ни власти пока не могут их остановить
🔶 В Екатеринбурге участились случаи отравления собак: владельцы находят таблетки, мясо с гвоздями и стеклом, зимой — розовые следы отравы, разлитой на снегу.
🔶 Активисты создали интерактивную карту, на которой любой житель города может отметить, где он находил, предположительно, отраву. Сейчас на ней почти три сотни точек. В основном — в центре города и близких к нему районах, где проблема бродячих собак не так остра, как, например, на окраинах и в частном секторе.
🔶 От ядов страдают не только бродячие животные, но и домашние питомцы, и даже люди, которые убирают отравляющие вещества. После госпитализации одного из активистов Следственный комитет возбудил уголовное дело, его результаты пока неизвестны.
🔶 В интернете существуют сообщества догхантеров, где распространяют ненависть к собакам и зоозащитникам, обсуждают нападения животных и способы отравления. Догхантеры объясняют свои действия заботой о благополучии людей. Собаковладельцы уверены: ими движет банальная жестокость.
🔶 Ветеринары подтверждают, что собак травят целенаправленно. Решающим при таких отравлениях становится время обращения в клинику: в большинстве случаев собаку можно спасти, если ее привезли вовремя.
🔶 Остановить догхантеров сложно из-за проблем с доказательствами: токсикологию трудно провести вовремя, экспертиза отравы возможна только при уголовном деле, а дела полиция заводит неохотно и не быстро.
В один из зимних дней екатеринбурженка Дарья Артемьева вышла на традиционную прогулку со своими двумя собаками. Шла привычным маршрутом до парка Маяковского. Минут через 15 одна из собак — бельгийский гриффон по кличке Тея — стала идти медленнее. Хозяйка не придала этому значения: питомица была не слишком активной, да и возраст уже — девять лет. Однако еще через десять минут собака резко остановилась и начала дрожать.
Дарья подхватила Тею на руки, отнесла домой, вызвала такси и поехала в ближайшую ветеринарную клинику. В больницу она заносила собаку уже в судорогах, с пеной у рта. С момента выхода на прогулку прошло полтора часа. Тею пытались реанимировать, шесть раз запускали сердце. Затем врач сообщила Дарье, что питомец не сможет выжить.
Тея, вероятно, стала жертвой свердловских догхантеров. Всплеск их активности владельцы животных заметили в Екатеринбурге еще зимой. Они регулярно находили рассыпанные таблетки и розовые пятна отравляющего вещества на снегу, мясо с гвоздями и битым стеклом. Яд обнаруживали в разных микрорайонах. За зиму погибли как минимум 11 домашних собак.
Что стоит за войной догхантеров с собаками, как активисты пытаются самостоятельно справиться с угрозой и что делать, если ваш питомец подобрал с земли что-то нехорошее — рассказывают в совместном материале «Поля зрения» и екатеринбургского медиа It’s My City.
Догхантеры — люди, которые целенаправленно убивают собак, обычно объясняя это борьбой с бездомными животными и заботой о безопасности людей. В России проблема обостряется на фоне хронического конфликта вокруг бродячих животных: жители требуют защиты от нападений, зоозащитники говорят о провале системного решения проблемы.
«Почему кто-то решил, что у меня не будет собаки?»
Собака Дарьи Артемьевой стала одной из первых пострадавших в жилом квартале бизнес-класса Clever park. Точно известно о четырех случаях гибели животных рядом с ЖК.
— Было очень больно и плохо. Это моя первая собака. Я с трех лет постоянно просила собаку и вот, будучи взрослой, завела ее. Тея была адекватная и воспитанная, никогда никого не укусила. Почему кто-то решил, что у меня не будет собаки? — задается Дарья риторическим вопросом.
Вторая собака Шаня, тоже гриффон, в ту прогулку не пострадала.
Вскрытие, проведенное по предложению врача, показало, что у Теи случился отек легких и полный некроз печени при абсолютно чистом желудке. Дарья предполагает, что собака могла задеть отраву шерстью (характерной для гриффонов бородкой на морде), а потом слизать. Тея была уже немолодой, весила не больше пяти килограммов, ей могло хватить и незначительного количества яда.
Гистологическое исследование выявило признаки отравления, однако точно установить вещество оказалось невозможно: для анализа, со слов ветеринара, требуется определенный уровень температуры тела. У Теи, когда ее доставили в клинику, она уже была ниже нормы.
Спустя две недели на территории «Клевера» погибла еще одна собака, затем еще. Жители создали инициативную группу в Телеграме, обратились к управляющей компании с жалобами и требованием изучить записи с камер видеонаблюдения. Записи ничего не дали: съемка ведется издалека, не разберешь — человек просто прошел мимо или кинул что-то в снег. УК даже наняла частного сыщика, однако и это не принесло результата.
В медиа не раз озвучивалось мнение о том, что с помощью отравлений «активисты» пытаются бороться с агрессивными бездомными собаками. Но Артемьева считает, что это вещи, между собой не связанные: у ЖК Clever Park, где находили отраву, нет бродячих стай.
В целом, все занесенные на карту случаи отравлений или попыток отравить — в центре города или в районах, приближенных к нему, а не в частном секторе и гаражных кооперативах на окраинах, где проблема острее.
— Для меня [догхантеры —] это люди, у которых проблемы с психикой. Ни один человек, обладающий эмпатией, не пойдет убивать другое живое существо. Мы не находимся в состоянии выживания. Возможно, это какой-то способ выбросить свои мысли и негодование от жизни, — предполагает Дарья.
Читайте также. Дом для тех, кого везли на бойню. История рязанской фермы, где живут двенадцать спасенных лошадей, собаки, кошки и вера в человеческую доброту
Отравились не только собаки
От действий догхантеров пострадали несколько волонтеров, убиравших отраву. В начале марта мужчина после уборки следов розового вещества на на снегу попал в больницу. Участники инициативной группы по борьбе с догхантерами написали заявление в СК. Только после этого ведомство возбудило уголовное дело. Результаты расследования пока неизвестны.
Зоозащитники опасаются, что пострадать могут и дети — как было, например, в Красноярске в 2016 году.
Убиралась Светлана в маске и перчатках, после утилизации предполагаемой отравы чувствовала себя хорошо, но на следующий день началось першение в горле, слабость. Девушка подозревала, что так на нее могла подействовать отрава, поэтому сдала биохимический анализ крови (АСТ/АЛТ) i(АЛТ (аланинаминотрансфераза) — фермент, который содержится в клетках печени; его повышение сообщает о повреждении печени. АСТ (аспартатаминотрансфераза) — фермент, содержащийся в тканях с активным обменом веществ; его повышение может свидетельствовать о проблемах с сердечной мышцей, печенью, почками). На следующий день у активистки появился сильный сухой кашель, боль в подреберье и горле, резко стал пропадать голос. Вечером начались судороги в ногах, приступообразный кашель усиливался.
Повышение этого индикатора может свидетельствовать о токсическом поражении организма, сообщил врач. Госпитализировать активистку, однако, не пришлось: симптомы пошли на спад, через неделю исчезли полностью.
После видео Светланы в Инстаграме люди попросили девушку завести телеграм-группу. В ней сообщают об отравлениях, обмениваются информацией о том, где видели подозрительные предметы или вещества. В марте свердловское отделение «Новых людей» и общественная организация «Петсовет» создали интерактивную карту. На ней любой екатеринбуржец может отметить место, в котором нашел предполагаемую отраву или приметил вероятного догхантера. Сейчас на карте 274 точки. В основном в центральных районах, Ленинском и Октябрьском. Также много точек в Академическом (новый район на окраине города).
На вопрос о причинах действий догхантеров Светлана лишь говорит, что она не психиатр.
Что делать, если вы нашли предполагаемую отраву
Не трогайте вещество голыми руками, не нюхайте его, не пытайтесь смести веником или собрать пылесосом. По возможности сфотографируйте находку и место, где она лежит, закройте или оградите (не подпускайте к нему детей и животных).
Сообщите о находке в управляющую компанию, ТСЖ или другую организацию, которая отвечает за территорию. Если есть основания думать, что отраву разложили намеренно, стоит также обратиться в полицию или администрацию района.
Самостоятельно убирать вещество стоит только в крайнем случае, если его нельзя быстро оградить, а рядом могут оказаться дети или животные. Для этого нужны плотные резиновые или нитриловые перчатки. Если вещество порошкообразное или пылит, не трогайте его без защиты дыхательных путей.
Также не допускайте попадания вероятного яда на кожу и в глаза. Собранную отраву нельзя оставлять там, где до нее могут добраться люди или животные. Надежнее всего передать ее ответственным службам: уточните в УК или администрации, как правильно утилизировать подобные отходы.
«Догхантеры, скорее, прикрываются благими намерениями»
«Догхантерство превращается в организованную субкультуру с закрытыми группами, сообществами, чатами, где культивируется ненависть [и происходит] обмен “опытом”, рецептами отрав, что создает эффект групповой солидарности и вседозволенности», — считает московский депутат, зоозащитник Максим Жарков.
В интернете действительно можно найти немало пабликов, где собачников называют «зоошизой», а собак — «блоховозами». Быстрый и довольно поверхностный поиск выявил шесть групп в Телеграме, около десятка пабликов во ВКонтакте. Один из самых крупных телеграм-каналов насчитывает тысячу подписчиков. В нем публикуют случаи нападения бездомных собак, едко высмеивают зоозащитников, скидывают пропорции веществ для «комплексного решения проблемы».
Есть также чаты (в том числе открытые), где ненавистники собак ежедневно делятся стикерами и мемами о «зоопритонах», переписками с зоозащитниками. Последних участники дискуссий предлагают признавать «экстремистами и террористами» и отправлять на войну в Украину. Круг тем для обсуждения не ограничивается собаками — также, например, можно наткнуться на размышления об «оккупации России чебуреками».
Почти все пользователи анонимные, с никами, отсылающими к ненависти к собакам. Привязки к конкретному городу ни у каналов, ни у чатов нет.
Почти все, с кем мы попытались связаться через эти паблики, не ответили на сообщения. Среагировал только один человек, назвавший себя «другом догхантера». Приятель, по его словам, разбрасывая отраву, «хотел дисциплинировать собачников» — чтобы они выгуливали животных только на поводке и в жестком наморднике из пластика или металла.
— Но он в принципе человек жестокий был. По птицам из духовушки мог пострелять, — вспоминает Евгений (имя изменено по просьбе собеседника).
Сам собеседник — «кошатник», собак не любит и считает, что законы для владельцев животных надо ужесточать («чтобы уж если завел собаку — даже мысли не появилось ее выкинуть»). Он убежден, что усыплять надо всех бездомных животных, только не догхантерскими методами, а гуманно и в клиниках.
С приятелем-отравителем Евгений больше не общается — «пути разошлись» — и считает, что у догхантеров «немного не в порядке с головой». По его мнению, они только «прикрываются благими намерениями», в реальности ими движет банальная жестокость. При этом собеседник уверен, что никакого организованного движения догхантеров не существует, это выдумки «журналистов и троллей», вся «координация» догхантеров — болтовня на форумах и в чатах.
Читайте также. Анастасия и её пастухи. Как жительница Тюменской области создала школу пастушьих собак, которая работает не ради прибыли, а ради самих животных
Главное — время
Вячеслав Белорусов, врач-инфекционист екатеринбургской ветеринарной клиники «ЗооДоктор», сталкивается с отравлениями собак каждый год. В 2026-м, по его ощущениям, люди приезжали с пострадавшими питомцами действительно немного чаще обычного.
Последний раз к Вячеславу привезли собаку после прогулки в гаражном кооперативе. Питомец начал подбирать куски мяса с земли. Хозяева заметили и отвезли его к ветеринару. Собаке вызвали рвоту. Вышло не только мясо, но также какие-то таблетки и канцелярские кнопки.
Наиболее часто, по словам Белорусова, догхантеры используют две группы препаратов: одни поражают центральную нервную систему (главный симптом — судороги), вторые влияют на свертываемость крови и вызывают внутреннее кровотечение. В случае с первым видом вещества признаки отравления у животного могут наблюдаться уже через 15–20 минут. Отравление второй группой сложнее, клиническая картина проявляется лишь спустя несколько дней, когда у собаки нарушается свертываемость крови.
Не стоит пытаться оказывать первую помощь самостоятельно. Лучшее, что вы можете сделать, — как можно быстрее доехать до ближайшей ветеринарной клиники.
— Есть, например, излишне переживательные люди, они могут интерпретировать как отравление любой подбор на улице и в абсолютно ненужной ситуации ввести высокие дозы препарата [антидота], — объясняет Белорусов. — Также я крайне не рекомендую вызывать рвоту самостоятельно. От этого могут быть тяжелые последствия: гастриты, дуодениты, гастродуодениты. Медикаментозно в клинике мы можем спровоцировать рвоту так, чтобы в желудке ничего не осталось.
Нередко отравления приводят к летальному исходу. На это, по словам ветеринара, влияют разные факторы, но главный — время, прошедшее с того момента, как животное съело отраву. Если привозят вовремя, спасти собаку удается в 90% случаев, утверждает врач.
— Бывает, люди находятся далеко от клиники и долго везут животное. Оно погибает в судорогах в дороге либо сразу после того, как его только занесли в клинику. Есть еще случаи, когда люди несколько дней подряд могут смотреть, как у животного продолжается рвота, кровь, диарея, как оно покрывается синяками — и только на четвертый день привозят.
При таком отравлении опасность не столько в самом яде, сколько в том, что кровь перестает сворачиваться. Из-за внутренних кровотечений животное фактически обескровливается и может погибнуть даже если сделать переливание.
Вячеслав не сомневается в том, что животных травят целенаправленно — это подтверждает его практика.
— Я на приеме вызываю рвоту у собаки, и ее тошнит какими-то кусками фарша, начиненными таблетками и капсулами. Если бы просто травили крыс, например, то отраву не стали бы прятать в куски мяса, — считает врач.
Вячеслав полагает, что во многом виновато слишком мягкое наказание для отравителей. С ним согласна и Дарья. Она напоминает, что по закону животные — «это просто имущество».
Имущество, впрочем, непростое: за жестокое обращение с животными российский Уголовный кодекс предусматривает наказание — от штрафа до реального лишения свободы сроком на пять лет. Но доказать отравление почти невозможно. Во-первых, симптомы развиваются настолько стремительно, что нереально взять токсикологический анализ по правилам. Во-вторых, невозможно сдать на анализ саму отраву: заключение неаккредитованной лаборатории для полиции и суда силы не имеет, а чтобы получить документ от аккредитованной — нужно уголовное дело. Дела же, как мы писали выше, заводить не спешат, это убивает саму возможность расследования: ведь вещество нужно сдать на экспертизу быстро.
— Даже если я увидела человека, раскидывающего отраву, то ничего особо не могу сделать. Удерживать я его не могу, могу только снять на камеру. Но как я потом докажу, что он раскидывает яд? — рассуждает Артемьева.
Она убеждена: если лаборатория и возьмет вещество на анализ, а следователи примут результат исследования, потом все это уйдет «в какой-нибудь дальний отдел полиции, где вообще не до того».
В 2024 году, по данным МВД, в России было зарегистрировано лишь 656 заявлений о жестоком обращении с животными. Основные меры наказания по статье — обязательные и исправительные работы или штраф.
